Человек твёрдых принципов, верный идеалам молодости всегда вызывает уважение своей искренностью и преданностью обществу, государству, коллегам, друзьям и родственникам. Такой значимой личностью был Фёдор Фёдорович Безбабичев. В течение нескольких десятилетий он, выполняя обязанности корреспондента и организатора тенькинского районного радио, по сути, был летописцем известного золотодобывающего района Колымы. О работе, жизни и судьбе этого легендарного человека читайте на страницах интернет-журнала «Люди Колымы». Рассказываем вместе с «КолымаСтори».
Фёдор Безбабичев родился в бедной крестьянской семье в пригороде Ельца — в деревне Слободка Казацкой волости 8 февраля 1904 года. Окончил Елецкую трудовую школу. Любовь к знаниям, литературному слову у подростка проявилась рано. Он любил читать вслух и комментировать информацию. Не чужда ему была общественная деятельность, в том числе в молодёжной коммунистической организации — комсомоле, членом которой он стал с 1920 года. Грамотного парня приметили, и потому 16-летнего добровольца приняли в том же 1920 году в Красную армию.
Служил Фёдор в 77-ом военно-дорожном отряде, был рядовым, но избирался секретарём комсомольской организации части. Но воевать всерьёз не пришлось — юного воина демобилизовали в связи с окончанием войны и направили на работу в редакцию елецкой газеты «Соха и молот».
Сначала он готовил к печати «комсомольскую страничку» в местном издании, а потом, в первый, самый трудный год НЭПа, когда газеты стали платными, тиражи упали до катастрофических отметок, Фёдор Безбабичев обходил крестьянские дворы, убеждал селян в том, что надо обязательно подписываться на газету. А ещё устраивал комсомольские концерты и театральные представления, чтобы на вырученные деньги выписать газеты для школ, сельсоветов, изб-читален.
В 1920-1921 годах — член редколлегии Елецкой уездной газеты «Соха и молот», заведующий уездным политпросветом Елецкого комитета РКСМ.
После работал заведующим уездным отделом Центропечати в Ельце, заведующим отделом народного образования г. Кромы, был редактором журнала «Кооперативное дело», заведующим партийным отделом газеты «Орловская правда», а следом — заместителя редактора в ней.
В 1929-1930 годах выполнял обязанности редактора газеты «Ленинский путь» Льговского округа ЦЧО (ныне Курская область). В 1930 году ему предложили возглавить отдел партийной жизни областной газеты ЦЧО «Коммуна» (г. Воронеж), где он проработал по 1931 год. После был назначен редактором областной газеты «За коллективизацию» (г. Иркутск), где проработал по 1932 год. Дольше всего он проработал в Магнитогорске, занимая с 1932 по 1936 годы в редакции газеты «Магнитогорский рабочий» должности заведующего отделом партийной жизни и ответственного редактора, одновременно — первый редактор многотиражной газеты «Магнитострой».
Фёдор Фёдорович становится «всероссийским репортёром», наблюдая социально-экономические изменения в стране, вызванные ленинским планом переустройства общества, а, главное, формируя новое политическое мышление граждан молодого государства — СССР.
Поступил в 1934 году на литературное отделение Магнитогорского педагогического института. До того учился на курсах редакторов в совпартшколе г. Елец в 1920-1921 годах, курсах редакторов краевых и областных газет при ЦК ВКП(б) в 1931 году.
10 сентября 1936 года Фёдора Безбабичева арестовали по обвинению в контрреволюционной деятельности. В начале марта следующего 1937 года в городе Магнитогорске Челябинский областной суд обвинил его по статье 58-10-11 УК РСФСР, после чего Безбабичева осудили на 10 лет исправительно-трудовых лагерей НКВД СССР, лишив избирательных прав сроком на 5 лет.
21 ноября 1937 года 33-летний заключённый Безбабичев был доставлен на пароходе «Джурма» из Владивостока на Колыму. В течение 10 лет он был на общих работах в подразделениях Севвостлага на Теньке, то есть всё время пребывания в лагерной зоне его рабочим инструментом были кайло, лопата, лом и тачка.
Как бывший журналист, Ф. Ф. Безбабичев не мог пройти мимо общественно значимых событий, собирал информацию, доступную ему в те военные годы, накапливал в своей памяти, а уж после войны собрал значительный домашний архив, сосредоточив в тематических папках газетные публикации, повествующие об истории освоения Теньки.
В его архиве сохранилась запись о том, как в августе 1944 года на прииске Ворошилова впервые на Колыме прошли испытания промприбора с бульдозерной подачей и погрузкой песков. Руководил этим испытанием главный инженер прииска М. Я. Спиридонов. Из его воспоминаний об этом событии: «Группа специалистов разработала конструкцию бункера для подачи песков на транспортёр промприбора. Уже первые дни работы бульдозера показали, какая это высокопроизводительная хорошая машина. Она разрабатывала и подавала на прибор для промывки в первые дни по 400 кубометров песков за сутки, потом по 500, а в отдельные дни — по 700 кубических метров. Рядом работали приборы с мускульной подачей песков. Их обслуживала бригада по 40-50 горняков. Суточная производительность их не превышала 250 кубометров». Безбабичеву хорошо было это известно, ибо он и был таким невольным горняком.
Освободился Ф. Ф. Безбабичев из мест заключения 10 сентября 1946 года. Главным образом работал нормировщиком, но это была лишь возможность зарабатывать на жизнь. Хотелось творчества. Увлёкся, как и прежде, книгами, публицистикой. Собрал обширную библиотеку, в которой выделялись собрания классиков и периодической печати. Любил играть часами в шахматы — древняя индийская игра привлекала возможность развивать и совершенствовать мышление и по-своему успокаивала. Ему было интересно играть в шахматы и обсуждать проблемы филологического образования с учительницей Усть—Омчугской средней школы Л. К. Кацуба.
За многие годы проживания в Тенькинском районе он стал известным краеведом, к нему часто обращались педагоги, журналисты, советские и партийные работники за различного рода справками, информацией. Так он рассказывал своим слушателям об истории организации Тенькинского горно-промышленного управления 10 октября 1939 года с центром в пос. Усть-Омчуге, о выходе первого номера газеты «За металл» — органа политуправления ТГПУ (с 1947 года носящее имя «Большевик», с 1952 г. — «Ленинское знамя»), об организации 2 декабря 1953 года в составе Магаданской области Тенькинского района. С волнением читал газетные сообщения о начале работы 10 апреля 1954 года первой Тенькинской районной конференции КПСС.
В 1957 году, после реабилитации и восстановления в рядах КПСС, Безбабичев вернулся в журналистику и несколько месяцев проработал литсотрудником районной газеты. Впервые на Колыме бывший заключённый Безбабичев опубликовал свой материал в газете «Ленинское знамя» в октябре 1957 года, посвятив свою публикацию знаменитой «Золотой долине». Для него это было знаковым событием, 20 лет он не видел свою фамилию в газете. С тех пор он плодотворно трудился в средствах массовой информации Тенькинского района и Магаданской области.
В октябре 1958-го было принято решение о создании районного радио — и Фёдор Фёдорович возглавил эту беспокойную службу и уже 20 октября 1958 года вышла в эфир первая передача районного радиовещания.
Начиная работать на радио (а ему было уже 54!), не имел ни малейшего опыта обращения со звукозаписывающей техникой. Получилось, да к тому же в итоге сложились не коротенькие передачи, а полноценные, шесть раз в неделю, выпуски последних новостей — ежедневно по 15 минут эфира.
В архиве радиоредакции хранятся объёмистые подшивки передач — более восьми тысяч аккуратно переплетённых книг по 250 листов каждая. 21 февраля 1984 года готовилась 8031-я передача с его участием!
Л. К. Кацуба рассказывала, что он обычно расхаживал по кабинету в кирзовых сапогах, с трубкой в руке, диктуя информацию машинистке, а когда бывал на бюллетене, то работал и дома, обзванивая по телефону посёлки и предприятия района. У него была обширная сеть внештатных корреспондентов, и потому информация по радио была оперативной, интересной, разносторонней.
Об известном тенькинском радиожурналисте поведал в своей книге «По колымской трассе — к полюсу холода» (Магадан,1959) писатель В. Урин, которому запомнились передачи районного радио о конкурсе рационализаторов прииска «Бодрый», о состоянии скреперного ковша для проходки наклонных стволов; о том, что партийная и профсоюзная организации не уделяют должного внимания бригаде коммунистического труда товарища Кокарева. В радионовостях сообщалось о том, что трудящиеся района вдоволь обеспечены молоком и в 1958 году на фермах надоено на 966 центнеров больше, чем в прошлом. Корреспондент радовался победе горняков прииска «40 лет Октября», выполнивших годовой план добычи золота, завершая информацию традиционным призывом: «Сильнее натиск в борьбе за металл».
В. А. Урин, характеризуя Безбабичева, отмечал: «…Как и у каждого из нас, у него есть свои недостатки, и всё же меня привлекает в нём общий облик, натура, коммунистическая духовность и большая человеческая душевность, которая гармонично сочетается со страстностью в работе, доходящей до самозабвения. Я слышал о нём самые противоречивые суждения. Когда я спросил, можно ли мне назвать его фамилию, этот человек с погасшей трубкой во рту и комсомольским значком на пиджаке (он почётный комсомолец районной организации) ответил мне: — Как вам угодно».
Но стоящий тут же старожил Теньки уточнил: «Сколько бы хорошего вы о нём ни написали, его друзья скажут, что это всё слишком бледно, и как бы вы его ни очернили, этого будет слишком мало с точки зрения его недоброжелателей».
На Тенькинской трассе Фёдора Фёдоровича знает несметное множество людей и, когда произносишь его имя, одни вспоминают с уважительной благодарностью (он многим помог), другие говорят о нём с беззлобной улыбкой, как о чудаке, который слишком близко принимает к сердцу малейшие недостатки в работе, а третьих (главным образом некоторых руководителей, на квартирах у которых установлены телефоны) при имени Фёдора Фёдоровича охватывает тихий ужас, потому что главный редактор Тенькинского радиовещания, не имея совести, звонит по нескольку раз в день, а бывает в три часа ночи, чтобы уточнить какую-нибудь цифру или фамилию. Но как бы он ни уточнял, а нет-нет да и вкрадётся в иное сообщение неточность, и тогда кому не лень колошматят Фёдора Фёдоровича, всякий норовит боднуть его в отместку за ту страстную дотошность, с какой тенькинское радио во всё и вся торопится вмешаться.
«Такое наше дело», — невозмутимо говорит Фёдор Фёдорович, — «правильно меня били, мало я звоню, надо ещё чаще, плохо я работаю».
И он идёт на почту, закупает на свои деньги сразу 200 открыток (пожалуй, на месяц достаточно) и вместе с помощником садится писать своим верным и неверным радиорабкорам, сообщая, что их материал прошёл такого-то числа и, дескать, очень просим присылать новые корреспонденции о достижениях предприятия, сигналы о недочётах, а ещё лучше зарисовки о передовиках и бригадах коммунистического труда.
Такая связь с внештатными авторами, позволяла постоянно получать оперативную и действенную информацию с самых дальних горных участков района. К радионовостям внимательно прислушивались ответственные работники, делая свои организационные выводы, что не могло не удовлетворять амбиции радиорганизатора Безбабичева. На картотеке значились сотни информаторов, которым он полностью доверял, и потому его неслучайно называли «живой энциклопедией Теньки». Он вёл ежедневный журнал, отмечая добычу золота по каждому руднику и прииску района, лично выводя процент с помощью своей незаменимой логарифмической линейки. По цензурным условиям нельзя было давать в эфир конкретные цифры добычи металла, и потому о работе горняков Колымы судили по… процентам выполнения плана.
Жил Безбабичев в …водобудке № 4, в которой население райцентра — Усть-Омчуга — брало воду. Его жилая комната больше походила на библиотеку. Почаёвничать к нему часто приходили гости, обсуждая новинки литературы, публицистику.
Он входил в комиссию по приёму книг в поселковом магазине, когда новая книга была дефицитом. Вместе с активистами разгружал грузовик, прибывший из Магадана с типографской продукцией, получая право «первой ночи» и приобретая вне традиционной очереди журналы, произведения любимых авторов.
Несколько лет жил Ф. Ф. Безбабичев в этом неприспособленном помещении. В. А. Урин рассказал о проблемах жилья радиоорганизатора председателю Тенькинского райисполкома Е. И. Азбукину. Но когда тот вызвал Фёдора Фёдоровича и спросил, почему не переходит жить в новый дом, то услышал: «Нам и здесь неплохо! Мне не к спеху…». Всё же просьба к районному начальству у Безбабичева родилась: «Вы бы, Евгений Иванович, посодействовали мне, а то опять срезают району время на радиовещание, а у меня куча материала…».
В памяти ветеранов Теньки остался телефон радиовещания Усть—Омчуга: 4-17 и время 17.00, когда звучали слова: «Внимание. Говорит Усть—Омчуг, передаём тенькинские новости».
Журналист А. Домашец, накануне 80-летнего юбилея Ф. Ф. Безбабичева, отмечал: «Спросите у Фёдора Фёдоровича о делах любого предприятия или хозяйства, и он ответит подробно, объяснит причину отставания или успеха. И никто не обижается на его ранние, а подчас и ночные звонки, что раздаются в квартирах руководителей в горячую пору промывочного сезона».
В 1983 году у Фёдора Фёдоровича взяли интервью.
«Мы готовили передачу вдвоём с Борисом Михайловичем Дудко, будущим редактором газеты „Ленинское знамя“. Вдвоём — понятие, конечно, относительное: нам помогали внештатные авторы. В те первые 15 минут вещания на район сообщали слушателям о предстоящей переписи населения, о трудовых успехах горняков прииска Гастелло, о вскрыше песков на руднике Хениканджа. Борис Михайловч записал на магнитофонную ленту (у нас тогда из техники был единственный магнитофон „Яуза“) всю передачу, он же тогда и редактором был, волновался, когда перед микрофоном, говорил, но слушали, естественно, не знали об этом.
Когда мы начинали, ни у меня, ни у Дудко не было никакого опыта. Решили делать передачи в форме последних известий. Когда Борис Михайлович ушёл на газетную работу, к нам пришла Валентина Тимофеевна Вознесенская. Со временем она стала профессиональным журналистом. Мы выходили в эфир не каждый день, а шесть раз в неделю, кроме воскресенья. Все передачи подготавливали с помощью внештатных авторов — добровольных помощников: заместителя директора по кадрам Тенькинского ГОКа Д. Н. Березовского, бригадира полеводства совхоза „Тенькинский“ В. Т. Быковой, старшего инженера по организации соцсоревнований прииска имени Гастелло А. А. Лысенко, экономиста прииска „Курчатовский“ Е. Н.Тяжловой, секретаря парторганизации рудника имени А. Матросова Л. П. Долгополова», — рассказывал Фёдор Фёдорович.
Магаданские коллеги помогли приобрести два стационарных магнитофона с дистанционным включением, оборудовать комплекс речевой студии. Пожалуй, трудно было найти в области районную радиоредакцию с такой интенсивной производительностью труда. Во многом это зависело от опытного журналиста Ф. Ф. Безбабичева.
«Фёдор Фёдоровичем был основателем местного радиовещания в посёлке и районе. На протяжении многих десятилетий в одно и то же вечернее время, кроме субботы, в эфире местного радиовещания был слышен голос диктора с материалами, которые были подготовлены им. Материалы, связанные с жизнью Усть-Омчуга, района, материалы, рассказывающие о том, как идёт вскрыша и золотодобыча в районе. Я помню, как мне было абсолютно неинтересно читать о том, что, к примеру, прииск Гастелло произвёл вскрышу столько-то тонн, добыл золота столько-то за сутки. Теперь я понимаю, что от слаженной работы всех подразделений и зависела во многом жизнь нашего посёлка и района в целом, ибо от результатов их работы складывался бюджет и процветание района. А он это не только понимал, но и считал своим долгом через средства массовой информации, к коим относилась и его маленькая студия радиовещания, довести эти сведения до жителей посёлка и района.
Фёдор Фёдорович никогда не улыбался, никогда не шутил, создавалось впечатление, что внутри, в своей душе, он носил какой-то тяжёлый груз. Тогда не принято было расспрашивать о прошлом, лезть в чужую душу, ворошить старые раны. Он просто оставался для меня живой легендой своего времени и отражением того исторического прошлого, через которое ему, как и сотням таких же, как он, пришлось пройти», — рассказывала о нём коллега Малыгина З. Г.
Он работал журналистом почти до самого ухода из жизни — удивительная верность выбранной в 1920 году профессии.
Многолетний труд Безбабичева был отмечен орденом «Знак Почёта», ленинской юбилейной медалью (1970), знаком «50 лет пребывания в КПСС», ему было присвоено звание «Заслуженный работник культуры РСФСР». Он гордился званием члена Союза журналистов СССР, на лацкане его пиджака постоянно красовался значок этой престижной общественной организации.
Семья Безбабичева — жена Софья Кирилловна (они поженились в начале 1950-х), дочь Галина родилась в 1955 году, прожила всего 25 лет, а пятилетнего внука Сашу после смерти матери родственники увезли на «большую землю».
Фёдор Фёдорович Безбабичев ушёл из жизни 11 июля 1985 года и был похоронен в посёлке Усть-Омчуг.